Когда материнский инстинкт сильнее инстинкта хищника: как животные усыновляют чужих детёнышей и что об этом говорит наука
В Кении львица две недели охраняла новорождённого орикса — антилопу, на которую львы обычно охотятся. В океане у Французской Полинезии дельфин афалина четыре года выкармливала молоком дельфинёнка другого вида. А у приматов самцы и самки берут на себя заботу о сиротах, которые им даже не родственники. Усыновление чужих детёнышей — как своего, так и другого вида — феномен, который до сих пор ставит учёных в тупик и показывает, насколько разнообразным может быть поведение животных.
Когда усыновляют чужих детёнышей своего вида
У шимпанзе усыновление осиротевших детёнышей — обычная практика. Исследование в национальном парке Тай в Кот-д’Ивуаре задокументировало 18 случаев. Половину усыновлений совершили самцы, причём генетический анализ показал: лишь в одном случае самец оказался биологическим отцом.
Похожие результаты получили и у горных горилл в Руанде. За 53 года наблюдений исследователи выяснили: осиротевшие детёныши выживают так же успешно, как и те, у кого есть мать. Их поддерживает вся группа, но особенно — доминантные самцы. Те, кто регулярно помогает сиротам, со временем становятся привлекательнее для самок: заботливые «папы» получают больше шансов передать свои гены дальше.
В описанных примерах животные усыновляли «своих» — детёнышей родственников или соседей по группе. Но в 2021 году учёные из университетов Киото и Дарема опубликовали исследование о двух самках бонобо в Конго, которые усыновили детёнышей из чужих групп своего вида. 18-летняя Мари и 50-летняя Чио взяли малышей, хотя у Мари уже было двое собственных детей. ДНК-тесты показали, что приёмыши не были им родственниками. Исследователи считают, что это первый в мире задокументированный случай усыновления детёнышей из другой социальной группы у диких обезьян.
Случаи редкого усыновления чужих детёнышей фиксируют и у белых медведей. В западной части Гудзонова залива канадские учёные наблюдают популяцию белых медведей уже более 45 лет и отслеживают около 4600 животных. За всё это время зарегистрировано только 13 случаев, когда самки принимали чужих медвежат. Один из них произошёл в 2025 году: медведица под номером X33991 весной вышла из берлоги с одним помеченным детёнышем, а осенью её уже видели с двумя. Второй медвежонок оказался приёмным, но оба выглядели здоровыми и упитанными — и теперь у «подкидыша» есть шанс дожить до взрослого возраста.
Когда материнский инстинкт пересекает границу вида
Капуцины и мармозетка
В 2004 году в Бразилии биологи заметили, как дикие капуцины усыновили детёныша мармозетки — обезьянку из другого биологического рода. Систематические наблюдения показали: малыша по очереди кормили две приёмные мамы, а вся группа относилась к нему дружелюбно.
Львица и леопардёнок
В декабре 2018 года в национальном парке Гир (индийский штат Гуджарат) молодая азиатская львица начала кормить молоком детёныша леопарда наравне со своими двумя львятами. Она делилась с ним добычей и охраняла от взрослых самцов, которые могли убить чужака.
«Львы обычно убивают леопардов. Здесь всё произошло наоборот», — рассказал заместитель начальника лесного департамента Диирадж Миттал в интервью Business Standard.
Львица ухаживала за леопардёнком шесть недель, пока он не погиб (вероятно, от нападения взрослого льва). Позже учёные опубликовали статью в научном журнале Ecosphere и сообщили: это единственный в мире случай усыновления между хищниками-конкурентами, которые в дикой природе борются за одну и ту же территорию и пищу.
Львица и шесть антилоп
Самая невероятная история межвидового усыновления произошла в кенийском заповеднике Самбуру в 2001–2002 годах. Львица по кличке Камуньяк, что на языке самбуру означает «Благословенная», последовательно усыновила шесть детёнышей орикса — антилоп, которых львы обычно убивают и едят.
Первого малыша Камуньяк нашла на Рождество 2001 года. Новорождённый орикс лежал в траве, а его мать паслась неподалёку. Львица подошла к детёнышу, обнюхала его — и вместо того чтобы убить, легла рядом. Она охраняла малыша от гиен, шакалов и других львов. Когда детёныш хотел есть и начинал блеять, Камуньяк разрешала ему вернуться к биологической матери на кормление, а затем забирала обратно.
«Она вела себя так, словно это её собственный львёнок, — рассказывали сотрудники заповедника. — Охраняла, вылизывала, позволяла спать рядом».
Первый орикс погиб через две недели — его убил лев, пока Камуньяк спала: она не охотилась всё это время и сильно ослабла.
Но львица не остановилась. В январе 2002 года она взяла второго детёныша, потом третьего: BBC сообщала, что в День святого Валентина у Камуньяк появился уже третий приёмный орикс за три месяца. Биологи были ошеломлены: львица методично искала новорождённых антилоп и повторяла один и тот же сценарий.
Всего Камуньяк усыновила шесть ориксов. Ни одного из них львице не получилось вырастить: одних убили хищники, других забрали сотрудники заповедника, опасаясь за их жизнь. Последнего детёныша львица охраняла в марте 2002 года.
История Камуньяк стала международной сенсацией. Sheldrick Wildlife Trust писал, что кенийцы называли её «львицей, которая бросила вызов природе». Её изображение напечатали на почтовых марках Кении.
Биологи так и не пришли к единому мнению, почему Камуньяк вела себя подобным образом. Наиболее вероятная версия: львица недавно потеряла собственных львят и находилась в состоянии гормонального пика материнского инстинкта. Беспомощный детёныш орикса запустил у неё родительское поведение, несмотря на то что это была её естественная добыча. Эксперты назвали эту историю «одной из самых трогательных и загадочных в истории наблюдений за дикой природой».
Дельфин и кит
В 2014 году у берегов Французской Полинезии исследователи заметили самку дельфина (вида афалина) по имени Таис с необычным спутником. Рядом с ней плавал детёныш бесклювого дельфина — небольшого китообразного другого вида, которого ещё называют мелоноголовым китом. Наблюдения продолжались четыре года. Всё это время Таис кормила приёмыша молоком, позволяла ему отталкивать её родного детёныша от соска и учила вести себя как афалина.
Авторы исследования, результаты которого были опубликованы в журнале Ethology, заявили, что это первый известный случай долгосрочного межвидового усыновления у морских млекопитающих. National Geographic отметил, что приёмыш полностью освоил манеры афалин и стал своим в стае.
Горбатый кит установил новый рекорд самой долгой миграции в истории наблюдений
Белухи и нарвал
Это не усыновление в прямом смысле, но яркий пример того, как стая принимает особь-подростка другого вида. С 2016 года в канадской реке Святого Лаврентия исследователи каждый год встречают одного и того же нарвала — за тысячу километров от его родной Арктики — в компании белух. CBC News писала, что нарвал полностью влился в стаю: научился пускать пузыри воздуха и играть, как белухи. Учёные из Группы исследований и образования по морским млекопитающим допускают, что может родиться гибрид — «нарлуга».
Что говорит наука
Усыновление внутри вида
Самое простое и часто подтверждаемое объяснение внутривидового усыновления — родственный отбор. Помогая близкой родне, животное косвенно продвигает свои гены (и так или иначе продолжает свой род).
19‑летнее исследование красных белок в Канаде подтвердило эту идею. Учёные наблюдали за 2230 выводками и нашли всего пять случаев усыновления. Каждый раз это были тётки, которые забирали детёнышей погибшей сестры. Ни одна белка не усыновила неродственного бельчонка.
Что делать, если нашли бельчонка
Исследование 1982 года в The Quarterly Review of Biology описало уход за чужими детёнышами более чем у 120 видов млекопитающих и 150 видов птиц. Его автор, биолог Марианна Ридман, проанализировала все известные случаи и выделила несколько общих условий, при которых усыновление встречается чаще.
Проще всего их представить так:
- Маленькая численность потомства. Речь о видах, у которых в помёте один-два детёныша, а не десятки. Например, у крупных хищников или белых медведей самка физически может выкормить ещё одного малыша, если у неё уже есть один-два своих. А вот животному с десятком птенцов или щенков взять ещё несколько чужих практически невозможно.
- Длинное «детство». Это виды, чьи детёныши долго зависят от взрослых (месяцы или даже годы), — например, приматы, китообразные, многие хищные млекопитающие. Чем дольше малыш нуждается в защите и обучении, тем больше шансов, что его кто‑то «подхватит» после гибели матери и будет растить дальше.
- Сложные социальные группы. Речь о животных, которые живут в стаях, семейных кланах или стадах, — например, гориллы, шимпанзе или дельфины. В таких обществах проще «передать» заботу: если одна самка погибла, её детёныша могут взять другие взрослые.
- Плотные колонии. Это касается, например, колониальных птиц и некоторых млекопитающих. Когда гнёзда и норы расположены очень близко, чужие птенцы и детёныши чаще оказываются рядом с новым потенциальным родителем.
- Похожие детёныши. У видов, где малыши мало отличаются друг от друга или где родитель ориентируется на общий крик и движение, выше риск перепутать своего и чужого. Тогда чужой детёныш может просто влиться в чужую семью.
- Невысокая цена ошибки. Если у самки достаточно ресурсов — молока, пищи, энергии — и добавление ещё одного детёныша не сильно снижает шансы выживания её собственных малышей, усыновление становится относительно «дешёвым» с точки зрения эволюции и может закрепиться.
Эти условия не являются строгими правилами, но помогают понять, почему усыновление чаще встречается у приматов, хищников, морских млекопитающих и колониальных птиц (а не у рыб или насекомых, например).
Межвидовое усыновление
Эволюционный антрополог Изабель Кэтрин Уиндер и анатом Вивьен Шоу в статье для Genetic Literacy Project рассказали о нескольких возможных механизмах:
- «Тренировка» родительства. Молодые самки, ухаживая за чужими детёнышами, набираются опыта: учатся носить, кормить, защищать. Этот «тренинг» может повысить шансы на выживание их собственных будущих детёнышей.
- Сбой материнского инстинкта. Самка, недавно потерявшая детёныша, находится в состоянии гормонального пика: уровень окситоцина и пролактина высок, материнская программа включена. В таком состоянии сигнал «беспомощный малыш» может сработать на любого детёныша поблизости, даже если это другой вид.
- «В толпе безопаснее». Для стайных видов принятие лишнего участника иногда повышает безопасность группы. Чем больше животных, тем проще заметить хищника и защититься. Это может частично объяснять случаи, когда белухи принимают нарвала, а кашалоты — дельфина.
- Эмпатия и эмоциональный альтруизм. Для приматов, слонов, китообразных исследователи осторожно допускают, что роль могут играть эмоции — способность сочувствовать, реагировать на плач и беспомощность детёныша. Прямых доказательств пока мало, но наблюдения за шимпанзе, бонобо и дельфинами поддерживают эту гипотезу.
«Животные не обладают моральной ответственностью в человеческом смысле, но есть множество доказательств, что млекопитающие и птицы испытывают чувства. А чувства нередко идут своим путём», — пишут эксперты.
Межвидовое усыновление остаётся одной из самых трогательных и трудных для объяснения форм поведения животных. Оно показывает, насколько гибкими и сложными могут быть отношения в дикой природе.
Но усыновление чужих детёнышей — не единственная странность в мире животных. Узнайте о других удивительных повадках в нашем материале.
Срочно подпишитесь на «Рамблер» в Max! Так мы останемся на связи даже в нестабильные времена.